Архив сайта
Май 2022 (27)
Апрель 2022 (34)
Март 2022 (34)
Февраль 2022 (32)
Январь 2022 (34)
Декабрь 2021 (32)
Календарь
«    Май 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Аннотация. В статье приводятся малоизвестные детали из биографии шапсугского политического деятеля Юсуфа Суада Нагуча (1877-1930). Он родился в Османской Турции и находился на государственной службе, стал одним из учредителей «Черкесского общества единения и взаимопомощи» в Стамбуле и газеты «Гъуаз». В период революций в России с группой молодых соратников он приехал на историческую родину, где занимался просветительской работой в аулах, в 1920-х гг. вел переговоры с советской властью о Шапсугской автономии в составе РСФСР.

Ключевые слова: черкесская диаспора в Турции, шапсуги, Черкесское общество единения и взаимопомощи, Юсуф Суад Нагуч.



Sibgatullina A.T.


Some materials to the biography of Yusuf Suad Naguch


Abstract. The article provides little-known details from the biography of Shapsug politician Yusuf Suad Naguch (1877-1930). He was born in Ottoman Turkey, served in public administration, and later became one of the founders of the “Circassian Society of Unity and Mutual Assistance” in Istanbul and the Guaze newspaper. During the 1917 revolution in Russia, he returned to his historical homeland with a group of young associates, where he engaged with educational work in the villages. In the 1920s Naguch negotiated with the Soviet authorities on the Shapsug autonomy within the RSFSR.

Keywords: Circassian diaspora in Turkey, Shapsugs, Circassian Society of Unity and Mutual Assistance, Yusuf Suad Naguch.


Некоторые материалы к биографии Юсуфа Суада Нагуча, – А.Т. СибгатуллинаЮсуф Суад Нагуч (согласно турецким и некоторым российским источникам – Негуч) в истории Адыгеи известен как шапсугский политический лидер первой трети ХХ в. В исследованиях Т.В. Половинкиной [1: 12], Н.Н. Денисовой, Р.Б. Унароковой [2: 110-116] и др. [3] указывается, что Нагуч в начале 1920-х гг. принимал участие в работе горских съездов Кубано-Черноморской области. 4 сентября 1922 г. Нагуч выступил организатором и секретарем III шапсугского съезда, на котором было принято постановление об образовании Шапсугской Советской Республики и ее вхождении в состав РСФСР на договорной основе.

Жизнь и деятельность Ю.С. Нагуча в целом мало изучена. Неизвестным для русскоязычного читателя остается, прежде всего, турецкий этап его биографии. В данной статье приводятся исследования на турецком языке, которые в определенной мере освещают годы его жизни, проведенные в Турции, а также анализируют его теологические сочинения.

На турецком языке биографические сведения Нагуча (возможно, впервые на латинской графике) были изложены в 1957 г. в диаспорном журнале «Новый Кавказ» видным черкесским журналистом Васфи Гюсаром (1895-1977) [4: 15]. Позже эти данные были использованы Иззетом Айдемиром в книге «Черкесские интеллигенты в эмиграции» [5: 129-130] и Сефером Э. Берзегом в его ценнейшем «Словаре литераторов и писателей в Кавказской диаспоре» [6: 197-198]. С. Берзег в 2001 г. посвятил специальную статью [7: 10-12] просветительской деятельности Ю.С. Нагуча в адыгских аулах в начале ХХ в., и справедливо назвал его «достойным сыном» Кавказа, с которого следует «брать… пример». Здесь же С. Берзег привел отдельные документы из османского архива и воспоминания на адыгском языке людей, видевших Нагуча при жизни [8].

Наиболее полная на сегодняшний день биография Нагуча была представлена в 2010 г. турецкой исследовательницей Гюллю Йылдыз [9: 63-93]. Правда, выпускница теологического факультета стамбульского университета Мармара Г. Йылдыз рассматривала данную личность в совершенно неожиданной для нас ипостаси: как автора сиры (мн.ч. сийер) – сиратен-наби – произведений о жизни исламского Пророка. Несмотря на это, статья ценна тем, что в ней приведены сведения из хранящегося в архиве османского Мешихата (шейхульисламата) личного дела Нагуча и некоторые другие архивные документы. Как указывает исследовательница, Юсуф Суад, как и остальные черкесские мухаджиры, еще до принятия в Турции закона о фамилиях, сумел сохранить название шапсугского рода, к которому он принадлежал. Поэтому в соответствующих архивных документах он упоминается как Юсуф Суад Негуч. В такой же форме он подписывался под статьями в газете «Гъуаз», в основании и выпуске которой сыграл не последнюю роль. Шапсугские семьи, принадлежащие к роду Негуч и носящие эту фамилию, сегодня проживают в таких провинциях Турции, как Балыкесир, Коджаэли и Дюздже [9: 66]. Однако нам пока не удается связаться с членами семьи непосредственно самого Юсуфа Суада. В статье за 2019 г. Г. Йылдыз еще раз вернулась к теологическим сочинениям Нагуча [10: 225-270], но уже не добавила каких-либо новых фактов к его биографии. Здесь же следует указать на то, что сама исследовательница предпочитает называть Нагуча не по фамилии, а на османский лад – Дюзджели – по месту рождения, поскольку именно такая форма фигурирует и в его изданных трудах.

Юсуф Суад родился в 1877 г. в селе Батаклык Каракёй провинции Дюздже. Отец Хасан Хулуси-эфенди был шейхом накшибандийско-халидийского тариката. Годы его жизни неизвестны, но по автобиографии сына, написанной при поступления на государственную службу в Мешихат, можно узнать, что в 1910 г. он еще был жив [9: 66]. Начальное религиозное образование и коранические знания Юсуф Суад получил у отца. Затем он окончил начальную и среднюю школу в Дюздже. После прохождения обучения в джадидистском медресе, а затем преподавания в течение некоторого времени в средней школе в Дюздже, Юсуф Суад переехал в Стамбул. В январе 1900 г. он поступил на государственную службу в секретариат Баб-ы Мешихата (в нашем понимании – Духовное управление мусульман), одновременно продолжил обучение при мечети Шехзаде, а осенью 1901 г. получил соответствующее иджазе – разрешение заниматься обучением и воспитанием учащихся. Находясь на государственной службе, Юсуф Суад параллельно обучался на юридическом факультете Стамбульского университета, который в 1912 г. окончил с отличием. Это позволило ему заняться и адвокатской практикой. Надо полагать, что выбирая профессию юриста, Юсуф Суад как и многие черкесы, мотивировался желанием защищать права соплеменников на чужбине, заниматься поиском реальных путей их возвращения на историческую родину.

Важной чертой стратегии черкесской элиты в Турции было стремление к установлению тесных контактов с представителями этнической интеллигенции в мире и к распространению собственных концепций социально-культурного развития черкесов. Ю. Нагуч принимал активное участие в учреждении северокавказских обществ, прежде всего, «Черкесского общества единения и взаимопомощи» (ЧОЕВ), созданного в Стамбуле в 1908 г. ЧОЕВ, которое ставило целью объединение представителей северокавказских народов в изгнании и укрепление контактов с Кавказом, сотрудничало с аналогичными черкесскими благотворительными обществами, созданными в Екатеринодаре и Нальчике. Оно поддерживало такие мероприятия, как открытие национальных школ, создание единого черкесского алфавита, издание газеты на родном языке. ЧОЕВцы были в курсе того, что на Кавказе предпринимались попытки создания адыгской письменности на арабской графической основе и, в свою очередь, также работали над этим. Например, известно, что доктор Махмуд Пчегатлук составил в 1902-1904 гг. черкесскую азбуку на арабской, затем на латинской графической основе [11: 6]. Также он выпустил учебник по адыгейскому языку («Адыгабзе учебник»), в который вошло пять образовательных дисциплин.

2 апреля 1911 г. в Стамбуле вышел первый номер газеты «Гъуаз» («Путеводитель»), владельцем и главным редактором которой указан Юсуф Суад Негуч . Газета «Гъуаз» – орган ЧОЕВ, первоначально задуманная как “политическая”, позже стала “научной”. Первые два года она выходила на турецком еженедельно, затем на турецком и адыгском языках, но уже один раз в две недели. Помимо Турции, “Гъуаз” распространялась в Сирии и Иордании, где черкесы проживали компактно. Была также налажена доставка “Гъуаз” и в адыгонаселенные районы Кавказа, что способоствовало укреплению связей с представителями местной интеллигенции и распространению идей ЧОЕВ по просвещению соплеменников на исторической родине. Однако в 1914 г. с началом Первой мировой войны и уходом большинства кадрового состава на фронт вслед за выпуском № 59 газета закрылась [12: 156-157]. В том же году после 14 лет службы Ю.С. Нагуч был уволен из Мешихата, где показал карьерный рост и за заслуги удостоился орденов и медалей.

Г. Йылдыз обратила внимание на такой факт, что в его личном деле сохранилось немало заявлений с просьбой дать отгул, отпуск за свой счет, продлить больничный лист по уходу за больным ребенком и т.п. Такая переписка с руководством дает повод предполагать о его занятости другими, более приоритетными для него делами, т.е. общественной работой в ЧОЕВ и в редакции газеты. По этим же документам можно судить о том, что он был женат и имел детей, как минимум двух сыновей [9: 68].

Юсуф Суад после себя оставил два сочинения в жанре сират-ан-наби: первое – это трехтомное произведение “Мират-уш-шуун” (Mir‘atü’ş-şuûn), первый том которого вышел в 1899-м, второй – в 1900-м, третий – в 1904-м. Другое сочинение, которое опубликовано в Стамбуле в 1911 г., носит название “Аквем-ус-сийер” (Akvemü’s-siyer). По сведениям Г. Йылдыз, в анонсе к этой книге, данном в газете “Гъуаз”, сообщалось, что она была задумана как шеститомный труд. Однако написаны были два тома, и лишь первый из них, составивший 456 страниц, увидел свет. Посвятить одной теме, пусть даже это и жизнеописание исламского Пророка, два оригинальных объемных труда, – дело, достойное восхищения и похвалы. Как сообщает Г. Йылдыз, между двумя сочинениями нет какой-либо видимой связи, т.е. автор во втором труде не ссылается на первый, даже не упоминает о нем. Тем не менее, для автора статьи нет сомнения в том, что оба сочинения принадлежат Ю.С. Нагучу, чтобы обосновать свой вывод она приводит необходимые аргументы.

Сочинения Ю.С. Нагуча, вышедшие в 1899-1911 гг., не остались без внимания теологов. Например, на страницах газет и журналов того времени состоялась серьезная полемика по поводу языка и содержания “Аквем-ус-сийер”, в которой принимал активное участие и сам автор. Подводя итог дискуссии, один из основных оппонентов Кылычзаде Хаккы написал даже отдельную книгу, в названии которой содержится имя Юсуфа Суада Дюзджели [13: 55-73]. Будучи сторонником вестернизации, Кылычзаде критиковал автора-исламиста, во-первых, за чрезмерное использование арабского языка, во-вторых, за приведение таких традиционных в данном жанре поверий и чудес, которые приписывались Пророку в народе, но не подтверждены наукой [10: 240-245]. Оппонент утверждал, что жизнь Пророка Мухаммада необходимо передавать не через его чудеса и волшебства, которые кажутся иррациональными и нелогичными, а выдвигать на первый план его человеческий, личностный аспект, ибо его настоящим чудом были разум и Писание, которое он принес.

Кроме вышеуказанных сочинений, у Ю.С. Нагуча были еще другие труды, оставшиеся в рукописном виде: учебник по персидской грамматике “Джами-уль каваид”, учебник по арифметике “Зубдат-уз-зебед фи терким-иль адед” [10: 233]. Достойны внимания учебники, написанные им с помощью арабской графики и на родном языке: “Таджвид” (правила чтения Корана), “Ильм-и халь” (основы мусульманской религии) и “Мухтасар тарих-и ислам” (краткая история ислама). Их он привез на Кавказ [10: 233].

В 1910-х гг. добровольцы из числа молодежи диаспоры, имевшие, как правило, высшее педагогическое или теологическое образование, в качестве преподавателей стали направляться в Кубанскую и Терскую области. Одновременно эти активисты проводили разъяснительную работу среди северокавказских мусульман, убеждая их отказаться от намерений эмигрировать в Османскую империю [14: 198]. Вместе с местными просветителями такие «турецкие черкесы», как Ахмет Нури Цагу (Tsague) (1891-1923), доктор Али Суад Асйок (1896-1935), Ибрагим Хызетль (?-1960), Юсуф Суад Нагуч и др., в адыгейских, кабардинских аулах занимались обучением детей, служили мусульманскими проповедниками. Тем самым они внесли ощутимый вклад в становление системы «новометодного» черкесского образования, основанного на идеях джадидизма. ЧОЕВ снабжало их букварями, учебниками и религиозными трактатами на адыгейском языке, а также Кораном, изданными в Стамбуле. «Турецкие» учителя ходили по аулам, агитируя население открывать национальные школы на местах. В целом люди поддержали их, в итоге дети стали учиться в школах девяти аулов: Панахес, Тахтамукай, Шенджий, Понежукай, Габукай, Адамий, Хакуринохабль, Кошехабль и Блечепсин. Юсуф Нагуч жил в Панахесе и инспектировал эти девять сельских школ. С началом Первой мировой войны, когда Турция и Россия воевали друг против друга, деятельность членов ЧОЕВ на Кавказе была приостановлена, и Нагуч после десятимесячного (январь-октябрь 1914 г.) пребывания на исторической родине вынужден был вернуться в Стамбул.

С. Берзег и Г. Йылдыз пишут о том, что он после возвращения возглавил Общество единства Кавказа (Kafkas İttihad Cemiyeti), созданное в 1915 г. «Тешкилят-ы махсуса» – османским разведывательным управлением [7: 11; 9: 71]. Общество преследовало цель объединения и организации восстания мусульман Кавказа против царской власти, свержение которой обеспечило бы создание независимой конфедерации. С. Берзег со ссылкой на документ из архива Генерального штаба указывает, что в конце 1917 г. Нагуч находился на службе в штабе Первой действующей турецкой армии [7: 11] и должен был отправиться в Черкесию по линии «Тешкилят-ы махсуса». Со свершением февральской революции в России, когда на местах начались формироваться национальные структуры, Общество единения Кавказа опубликовало декларацию о создании Кавказской конфедерации, состоящей из четырех независимых государств, и приняло решение о выпуске газеты на французском языке для защиты прав кавказских народов в Европе. Статьи Юсуфа Суада, написанные для газеты на турецком языке, должны были переводиться на французский язык редколлегией. В редакционный состав газеты, кроме Юсуфа Суада, предполагалось включить Азиза Мекера (в качестве главного редактора), Лютфуллаха Чава (как художника), Намыка Исмаила Бига, Шамиля Шхапли (внука шейха Шамиля, журналиста Национального агентства, находившегося в Швейцарии) [9: 72].

25 февраля 1918 г. Юсуф Суад Нагуч с Зейидуль-Абидином, Азизом Мекером и Ахмет-беем второй раз прибыли на Кавказ и остались там. С. Берзег в своей статье «Некоторые заметки о Юсуфе Суаде Негуче» приводит архивные документы, подтверждающие, что эти вновь прибывшие «турецкие черкесы» были связаны с «Тешкилят-ы махсуса». Однако какое конкретно задание на них было возложено, ему неизвестно. После прибытия в Черкесию резиденты по непонятной причине не вышли на связь, поэтому центр вынужден был отправить для оперативного установления связи следующих членов общества: адвоката Мехмеда Саида, Джемаля Сами Маршана и Омара Мидхата Маана [7: 11]. Возможно, документы, проливающие свет на деятельность Ю.С. Нагуча и его товарищей, где-то сохранились и ожидают своего часа, но пока период их пребывания на адыгской земле с 1918-го по конец 1920-го остается закрытым. Известно, что с 1921 г. Юсуф Суад находился в гуще политических событий, происходивших на Кубани и в Черноморье, участвовал в процессе формирования административно-территориальных единиц региона. Он одним из первых стал ходатайствовать перед советской властью о выделении шапсугов в самостоятельную административную единицу и добился конкретных результатов: III съезд шапсугов в сентябре 1922 г. принял его предложение образовать на территории Сочинского и Туапсинского районов до р. Пшад на западе Шапсугскую Советскую Социалистическую Республику, которая на договорных началах вошла бы в РСФСР.

В эти годы личность Ю.С. Нагуча была настолько популярна среди населения, что «в целях противодействия «автономистским» настроениям шапсугов ОГПУ по инициативе вышестоящих органов» вело работу по его компрометации. Как отмечает С. Берзег, чтобы доказать, что Юсуф Суад был «турецким агентом», в публикациях советского периода к его имени прибавлялось слово «паша»: «Нагуч Юсуф Суад-паша». Арест «турецкого шпиона» не заставил себя долго ждать, летом 1924 г. перед самым IV съездом шапсугов, на котором делегаты собирались окончательно решить вопрос об автономии, его осудили за «контрреволюционную деятельность» и вместе с Али Нагучевым выслали в Сибирь. Требования шапсугского съезда (август 1924 г.) освободить своего лидера были восприняты как «антисоветский выпад в защиту контрреволюционера» [15].

Конкретной информации о том, какое время Юсуф Нагуч находился в Сибири, пока нет. Вернувшись в Шапсугию, он поселился у родственников в ауле Афипсип. Известно, что к 1929 г. он, все еще находясь в Афипсипе, периодически посещал Краснодар. Однажды за ним пришли люди в военной форме и увезли его в Новороссийск, после чего вестей от него уже не было. Иззет Айдемир приводит две версии убийства Юсуфа Суада: 1) якобы он был застрелен в Краснодаре в кафе во время спора на политическую тему с чиновником по имени Хакурате; 2) ходили слухи о том, что его вместе с родственниками из рода Нагуч, в доме которых он оставался, привели на берег ручья и расстреляли [5: 130]. Однако есть также вероятность того, что Юсуф Суад был убит в ауле Афипсип в 1930 г.

Случайно обнаружился и такой факт: 3 октября 1928 г. Юсуф Суад Нагуч был лишен турецкого гражданства [16: 240].

Безусловно, приведенные нами факты нуждаются в перепроверке и уточнении.

С. Берзег в своей вышеуказанной статье призывает черкесскую интеллигенцию подать в соответствующие органы официальную заявку на реабилитацию несправедливо обвиненного Юсуфа Нагуча, приложившего большие усилия для развития адыгской культуры. Также С. Берзег считает, что следует установить памятную доску на стене школы в ауле Панахес, где Юсуф Нагуч работал [7: 12].

Таким образом, многие страницы биографии Юсуфа Суада Нагуча до сих пор остаются нераскрытыми, поэтому необходимо объединить усилия кавказских и турецких исследователей для поиска новых документов, касающихся как его биографии, так и жизнедеятельности соратников по просветительской работе на исторической родине.

Литература:

1. Половинкина Т. Черкесия – боль моя. Исторический очерк: древнейшее время-начало XX в. – Майкоп, 1999.
2. Денисова Н.Н, Унарокова Р.Б. Демократия в адыгском обществе: историко‐культурные историко‐политические аспекты (по материалам рукописи Ю.‐ С. Нагуча) // Доклады Адыгской (Черкесской) международной академии наук. – Т. 1. – Майкоп, 1998.
3. Турецкий адвокат, который стал революционером в России. [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://zen.yandex.ru/media/id/5a533cda9d5cb322a00e7979/tureckii-advokat-kotoryi-stal-revoliucionerom-v-rossie-5a5e5f2c9b403ce22956767b , (дата обращения: 25. 06. 20).
4. Güsar Vasfi. Büyükleri Hatırlayalım: Yusuf Suad Neguç // Yeni Kafkas, № 5, Eylül 1957.
5. Aydemir İzzet. Muhaceretteki Çerkes Aydınları. – Ankara, 1991.
6. Berzeg Sefer E. Kafkas Diasporasında Edebiyatçılar ve Yazarlar Sözlüğü. – Samsun, 1995.
7. Berzeg Sefer E. Yusuf Suad Neğuç Hakkında Bazı Notlar// Kafkas Vakfı Bülteni, №. 7 2001.
8. Паранук Исмаил. Мои воспоминания. – Майкоп, 2016.
9. Yıldız, Güllü. II. Meşrutiyet Dönemi Siyer Müellifleri Arasında Geleneğin Sesi: Düzceli Yusuf Suad // Divan: Disiplinlerarası Çalışmalar Dergisi, Cilt 15, Sayı 29 (2010/2), S. 63-93.
10. Yıldız Güllü. İki Siyer Tek Müellif: Düzceli Yusuf Suad’ın Siyer Telifleri // Otur Bastan Yaz Beni Oto/Biyografiye Taze Bakışlar. Yayına Haz. Abdulhamit Kırmızı. – İstanbul. Kure yay. 2019.
11. Ачмиз К.Г. Великая сила печатного слова (к истории ликвидации неграмотности в Адыгее в 30-е гг. ХХ в.) // Славянский мир на Северо-Западном Кавказе. Сборник статей. Десятых научных чтений, посвященных Дню славянской письменности и культур. – Майкоп, 2017.
12. Berzeg Sefer E. Kafkasya Bibliyografyası. 2005. – İstanbul, Chiviyazıları yay.
13. Akman Zekeriya. Kiliçzâde Hakki’nin Siyer Yaziciliği İle İlgili Görüşleri//Sakarya Üniversitesi İlahiyat Fakültesi Dergisi, Cilt: XIV, Sayı: 26 (2012/2).
14. Чочиев Г.В. Деятельность Черкесского общества единения и взаимопомощи в Османской империи в 1908-1914 гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. – Тамбов: Грамота, 2015. – № 9 (59): в 2-х ч. Ч. I. [Электронный ресурс] – Режим доступа: www.gramota.net/materials/3/2015/9-1/54.html (дата обращения 21. 10. 2020).
15. Шапсугский национальный район и его ликвидация (1924-1945) [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://natpress.ru/index.php?newsid=3980 (дата обращения: 25. 06. 20)
16. Yelbaşı Caner. Türkiye Çerkesleri: Osmanlı'dan Türkiye'ye Savaş, Şiddet, Milliyetçilik. – İstanbul, İletişim yay. 2019.

Вестник науки АРИГИ №25 (49) с. 109-114.


Некоторые материалы к биографии Юсуфа Суада Нагуча, – А.Т. Сибгатуллина
 (голосов: 0)
Опубликовал admin, 16-10-2018, 13:23. Просмотров: 538
Другие новости по теме:
Газета «Советская Адыгея»: Амман стал ближе
Шапсугский национальный район и его ликвидация (1924-1945)
Как семьи черкесов из Сирии и Турции нашли друг друга
Обращение черкесской интеллигенции Москвы к руководству Турецкой Республики
Мэр Самсуна Юсуф Тлиш побывал в Майкопе