Архив сайта
Май 2022 (26)
Апрель 2022 (34)
Март 2022 (34)
Февраль 2022 (32)
Январь 2022 (34)
Декабрь 2021 (32)
Календарь
«    Май 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Главное небесное светило это Солнце. В энциклопедии «Мифы народов мира» записано, что адыгское Тхьэ происходит от Тыгъэ – Солнце. Т – это олицетворение Тхьэ – Бога и Тыгъэ – Солнца. В данном случае синонимом Солнца выступает не кто иной, как сам Тхьэшхо (Великий Бог, создатель всего сущего в небе и на земле – Вселенной). А. Шортанов отмечает, что «именно с Солнцем и началось понятие о главном божестве».

Обожествление Солнца адыгской мифоэпикой, – А.С. Куек





























Н.Г. Ловпаче пишет, что «…в древние времена у предков адыгов главным божеством был бог солнца. Известен и вариант этимологии этнонима «адыгэ» от «тыгъэ». Соединяет эти два момента сам факт глухих согласных, которые слышатся во всех случаях проявления этнонима в средневековье и древности: «атхэ», «аттикит», «атигор» (аштигор), «атех», «аттехей», «адыхейский». Если слово «Бог» и самоназвание народа обозначает солнце, чего не замечаем у окружающих народов, то адыги должны были быть заядлыми солнцепоклонниками...».

По мнению О. В. Вовк: «Символику Солнца, исключительно положительную, рассматривают обычно с двух точек зрения. Как источник тепла, Солнце символизирует жизненную силу, божественную созидательную энергию, вечную молодость и страсть, а в качестве источника света оно представляет истину, знание и интеллект. Во многих традициях Солнце, почитавшееся как Владыка дня, олицетворяло божественное всевидящее око». Характеризуя символы солнца, автор дальше пишет, что «В иконографии солнце выступает в виде золотого диска (иногда – с человеческим лицом); в виде диска с лучами и крыльями или полудиска с лучами. Солнце могли символизировать металлы – золото или бронза; цвета – желтый и красный; самоцветы – алмаз, топаз и рубин; животные – лев, баран, бык и оперенная змея; птицы – феникс, орел, сокол и петух; цветы – лотос, хризантема и подсолнечник; а также – звезда, спираль, кольцо, колесо, сердце, розетка, свастика».

Расположение солнца в бинарном противостоянии пространства давало ему определенное преимущество. Согласно символике сторон света тюркских и монгольских народов, которая, по мнению некоторых исследователей, была заимствована из Китая, Восток характеризуется как – перед, утро, весна, синий, положительный; Юг – как мужской, верх, правый, день, лето, будущее, красный, положительный; Запад – задний, вечер, осень, белый, отрицательный; Север – женский, низ, левый, ночь, зима, прошлое, черный, отрицательный.

Надо отметить, что для северокавказских народов была характерна сакрализация солнца и юга, это нашло отражение в этикетных правилах. Если обратиться к миропониманию чеченцев, то «правила старинного чеченского этикета делали человека, соотнесенного с солнцем, или югом, более значимым в ситуации общения. Так, необходимо было первым приветствовать человека, движущегося со стороны восхода солнца».

Л.И. Лавров категорически отрицает существование культа Солнца у адыгов. Он пишет: «Сообщение подполковника И. Киреева от 1796 г. будто «адыгейцы обожают Солнце, луну и звезды», является вымыслом». Однако, учитывая то обстоятельство, что «на известной ступени развития все народы обоготворяют Солнце», можно считать, что и адыги были солнцепоклонниками. М. Ф. Бларамберг подтверждал наличие у адыгов культа Солнца, утверждая, что «среди них (адыгских субэтносов – А. К.) есть народности, которые поклонялись Солнцу».

Подтверждением культа Солнца у адыгов можно считать описание ритуала «Тхэ великому – сандрак», в котором повествуется о том, как древние адыги проводили сандрак великому Тхэ «…на длинном холме – на гребне... горы, скатом обращенной к Солнцу». Во время этого ритуала на солнечной стороне ставился идол Тхэ, сделанный из дерева. Мужчины брали женщин под руку и подходили парами к столбу, преклоняясь перед ним и, не прекращая пляски, возвращались на взгорье. Преклонение перед идолом Тхэ было одновременно и преклонением перед Солнцем. Здесь идол Тхэ похож на древнеегипетский иероглиф nt – столб, олицетворявший также бога.

Наличие идола – столба у адыгов отчасти перекликается с «…происхождением некоторых обрядов церкви, до сих пор непонятных простодушному человеку, и раскрывает причину, почему такие слова, как «Наш Господь Солнце», были в употреблении в молитве христиан вплоть до пятого и даже шестого века нашей эры и входили в литургию, пока не были переделаны в «Наш Господь Бог». Не забудем, что ранние христиане изображали Христа на стенах своих подземных кладбищ как овечьего пастуха под обликом Апполона, со всеми атрибутами последнего, отгоняющим волка Фенриса, который стремился пожрать Солнце и его сателлитов». Как известно, Апполон относился к числу солнечных божеств и его скульптурные изображения, изготовленные древними предками адыгов, по утверждению отдельных ученых, относятся к догреческой цивилизации. Так же, как и Фенрис, достать и уничтожить Солнце пытался и Емынэж в адыгском нартском эпосе. А предводитель драконов в грузинском эпосе «Амираниани» Бак-бак дэв каждый раз умудрялся проглотить Солнце, однако оно всегда освобождалось.

Археологические находки на исторической родине адыгов, в частности, на Кубани и Тамани, также подтверждают бытование культа Солнца и огня у древних предков адыгов. «Касожский период X-XIII вв. и Раннекасожский период VIII-X вв. отмечены обилием символов солнца и огня, – пишет Н. Ловпаче. – В этот период, возможно, еще существовало специальное солнечное божество адыго-хаттов «Ештан» (Иштен). По всей видимости, венгры, у которых бог называется «Иштен», усвоили это слово у касогов во время своего пребывания на Северном Кавказе».

Захоронения синдских погребений VII-VI вв. до н. э., обкладка их камнями также свидетельствуют о существовании культа Солнца у предков адыго-синдо-меотских племен. В ауле Гатлукай Республики Адыгея на левом берегу реки Дыш (Дышъ – золотая) был расположен солнцепоклоннический храм меотского времени – холм, с двумя рвами и двумя валами полуовальной формы, названный Ошхэныку (Iошъхьэ ныкъу – букв.: «половина холма»). Река со временем срезала половину всего оборонно-культового сооружения, поэтому место назвали половиной холма. Оборонная функция указана в другом его названии Сэрэеж уашх (Сэрэежъ Iуашъхь – старинная крепость-курган).

Ласкательные эпитеты часто сравнивают детей с солнцем. Обращаясь к ребенку, ему говорили: «А, ситыгъ, а синэф!» (О, мое солнце, о, мой свет), «тыгъэ бын» (солнечная семья). Абхазы обращались к солнцу с мольбой: «Даруй девицам красоту, выразительность, изящество». Черкесские князья и тлекотлеши (лIэкъолъэш – первостатейные дворяне), чтобы подчеркнуть элитное происхождение утверждали, что они произошли от Солнца и Луны. В адыгской мифопоэтике обычно «солнечными» называют положительных героев. Сэтэнэе гуащ, обращаясь к своему сыну Саусэруку, говорит:

«Саусэрук – наш кан,
Саусэрук – наш свет,
У кого щит – златоцветный,
Чья рубашка – кольчуга,
Верх шапки – солнце».

А. Гутов считает, что в образе «последовательно выделяется ряд элементов, указывающих на солнечную природу героя. Это и рождение героя горячим, пылающим. И постоянные эпитеты, характерные для солярных персонажей («нэху» – свет и «дыщафэ» – золотистый) и упоминание солнца в дифирамбическом зачине:

Чей светлый щит золотист,
…Над чьим шлемом солнце».

Ж. Дюмезиль увязывает связь мотива добывания огня с солярной мифологией, а также гибель героя от колеса, которое символизирует солнце.

С. Хан-Гирей увязывал мотив почитания предков с именем Саусэрука. Он писал, что «в определенную на это зимнюю ночь, каждая черкесская семья готовилась встречать Саусурука, при этом его легко замещал любой заезжий гость». Считалось, что гость приносит с собой счастье, и он был особо почитаем. А почитаемый гость «это, в данном случае, воплощенный почитаемый предок, и правомерно видеть в культе гостя не что иное, как трансформацию более древнего культа предка. Таким образом, выстраивается семантический ряд: культ гостя – культ предка – почитание солнечного (светлого героя).

На возможную связь культа солнца с культом предков указывал В. Я. Пропп. В нартских повествованиях адыгов Солнце является светилом, непременно выполняющим просьбы нартов, ведь считалось, что Солнце – одушевленное существо, слышащее, понимающее, исполняющее просьбы. В нартском сказании «Почему вечером Солнце останавливается», повествуется о том, как однажды поспорили Сэтэнай гуащ и нартский парень. В течение светового дня Сэтэнай гуащ должна была изготовить сае (национальный женский костюм), а парень – уанэ (седло).

«Нарт был искусным кожевником, и он до захода Солнца сумел завершить работу. Сэтэнай гуащ, забеспокоившись, что не успеет закончить работу в срок, воскликнула:

– О, Солнце, если бы ты остановилось!

В то время желания нартов сбывались, и Солнце немного задержалось, ожидая конца работы Сэтэнай гуащ. Начиная с этого дня, Солнце вечерами, подходя к этому времени, по привычке, останавливается и под небом немного задерживается».

Во французском героическом эпосе в поэме «Песнь о Роланде» Карл Великий останавливает время в зените для завершения боя с врагами – маврами.

Культ Солнца хорошо прослеживается в сказании «Как Шэбатынук воевал с чинтами». Воспитывавшийся до совершеннолетия в темнице Шэбатынук впервые выходит на свет и видит Солнце.

«– Что это? – спрашивает он свою мать.

– Это Солнце. Все оно освещает и всему дает свет. Живущие отважно, им клянутся, сын,– ответила Сэтэнай гуащ. Зоркий Шэбатынук при ярком дневном свете увидел и звезды.

– Что там за мерцающие точки, которые по яркости уступают Солнцу? – спросил он. Мать не смогла увидеть мерцающие точки.

– Мой сын, хотя я их не вижу, это звезды. Если ты в солнечный день видишь звезды, то темной ночью не потеряешь след врага. Если днем прижмешь врага, Солнце тебе будет радоваться, ночью погонишь врага – звезда тебе будет тропою».

В эпических повествованиях встречается мотив клятвоприношения именем Солнца. Так, один отважный нарт, услышав о подвиге нарта Рамфыта, говорит ему и его другу Чэтэхужу: «Это Солнце! Не буду вашим врагом!». «Это Солнце, данный меч ничего не сможет перерубить!» – восклицает нарт в сказании «Какой искусный кузнец».

У нартов существовало приветствие – «Уиджэгу Тхьэм егъэнэф!» (Пусть Тхэ сделает так, чтобы твоя свадьба светилась!)

Надо отметить, что клятвы именем Солнца сохранились среди адыгов до сих пор. Так, собеседник, желая убедить другого, говорит: «Мыр зи Тыгъ, сишъыпкъэкIэ!» (Это Солнце, что я говорю правду!). «Тхьэу мыр зи Тыгъ!» (Клянусь этим Солнцем – Тхэ!) и др.

В фольклорных материалах Солнце предстает «всезнающим» и «всевидящим». Рассмотрим сказание «Семеро иныжей-братьев и Солнце», записано нами в адыгском селе Ассокалай Республики Адыгея у известного сказителя Асхада Гедыуадже. Здесь повествуется о том, как «жили семеро братьев – иныжей. У них была единственная сестра. Два старших брата были женаты, большая семья жила вместе.

Однажды старшая невестка, очищая одежду мужа, нашла человеческий палец и съела. Мясо показалось ей настолько вкусным, что она захотела еще. Подговорив другую невестку, они убили золовку и положили ее в котел, чтобы сварить. Однако, Солнце при помощи грома забросало котел углями и злым женщинам ничего не оставалось, как вылить содержимое и закопать останки девушки. Братья долго искали сестру, но так и не нашли. Тогда младший из братьев сказал:

– Я узнаю правду у Солнца. Оно все видит и все знает.

По пути он встречает разных людей. Первый хозяин, у которого он остановился на ночлег, попросил узнать у Солнца, почему он не может пахать на коровах. Второй хозяин попросил гостя выяснить у Светила, почему он не может при помощи коров обмолотить просо на току. Хозяйка третьего дома, где юноша остановился на ночлег, просит гостя узнать у Солнца, почему то, что она стирает, никогда не становится чистым, белым. Иныж знал, где вечером садится Солнце и зашел в его дом. Там была простая женщина – мать Солнца.

Ей и поведал все юноша. Солнце, вернувшись домой, сказало:

– Я чувствую человеческий запах.

Однако мать успокоила сына, что посторонних нет, и попросила рассказать о том, что оно увидело сегодня на земле.

– Сегодня было тяжело, – начало рассказ Солнце. – Видел я, как две невестки убили ни в чем неповинную девушку, чтобы съесть ее, но я через Шыблэ забросал котел углями, и они были вынуждены закопать ее. Я не скажу ее братьям, а они не догадаются, но, если бы семь сред семь эфенди помолились бы за конюшней братьев, девушка снова ожила бы.

– Да, это жестоко. Но что ты еще видел? – спрашивает мать.

– Видел, как один чудак хочет пахать на коровах, но они не могут тянуть плуг. Если бы он пахал на быках, то все сделал бы за день. Я дал ему коров, в молоке содержатся лекарства от семи болезней. Если я увижу, что он жестоко обращается с коровами, отберу их обратно. Видел я и другого чудака, который хочет обмолотить просо также коровами, но не может. Если бы он запряг быков, все обмолотил бы за день. И ему я дал быков и коров, если еще увижу, что с ними он обращается жестоко, отберу их обратно. Видел я женщину, которая все стирает, а белье у нее не становится чистым. Повернись она ко мне лицом, видела бы, что стирает, а то, в тени, свою работу плохо видит...

Услышав сказанное Солнцем, юноша вернулся домой. По пути сказал, что нужно делать хозяевам, у которых он останавливался, чтобы их дела шли успешно. Братья оживили сестру и жестоко покарали своих жен».

Приведенный пример свидетельствует о том, что Солнце «все видит и все знает», справедливо и оказывает людям помощь. Примечательно, что люди получают скот от Солнца и его возможности отобрать домашних животных у нерадивых хозяев.

Но не только домашний скот был подарен людям Солнцем, а самое главное – огонь. Солнце и огонь для древнего адыга были символами тепла и благополучия. То, что появление огня, а значит тепла и света, даже появление горячих целебных источников древние адыги связывали с именем Солнца, подтверждается мифом «Мэщыкъо шакIу» (Охотник Машук). В нем повествуется о том, что Солнце через Шыблэ передало огонь на землю в форме пылащего жаром мальчика. Пастух Джатаж Кардан «…встретил младенца – маленького мальчика, протягивающего свои ручонки к солнцу, лежащего улыбающимся. Ребенок светил как солнце… Тело маленького ребенка оказалось расплавленной латунью (как известно, латунь – это сплав на основе меди, металла, который человечество использует на протяжении двенадцати тысяч лет – А. К.). Потому что он не был рожден женщиной, а был порождением самого Шибле, рожденного Солнцем… Когда человеческая рука оторвала младенца от земли, откуда (он) вышел, горячность жгучую (он) потерял. Это жар могучий вошел в землю, (и) из земли выгнал кипящую воду. Джатаж найденному на вершине горы дал имя Машук. В семье Кардана Машук вырос каном (воспитанником)».

Пастух находит огненного мальчика на горе (а гора, как известно, тоже является отчасти символом «верхнего» мира, т. е. олицетворением верха). Слово «Машук» (мэщым ыкъу – А. К.) означает «сын проса», а просо для нартов было самым главным зерном (просо возделывают на земле более пяти тысяч лет) и возможно оно олицетворяет участие сына Солнца в земледелии. Его аталык (воспитатель) Джатаж Кардан выступает пастухом своего стада, и в одной семье соединились символы солнца, земледелия и животноводства.

В мифе дальше повествуется, что благодаря Машуку род аталыка Джатажа Кардана богатеет, сам он справедлив, бескорыстен, через него люди пользуются благами земли и его недр. Тем самым Машук выступает символом позитивных свойств. И как справедливо отмечает Х.С. Братов, «…жар, огонь, исходящий от младенца, это приземленная частичка Солнца и, наряду с его непосредственными лучами, обеспечивает жизненные условия на земле (их символами в мифе являются целебные горячие источники).

Таким образом, Светило управляет и регулирует жизнь через Машука. И то, что он, рожденный Солнцем, является воспитанником семьи Джатажа, его рода, можно понять, как освоение, овладение энергией огня человеком, а его возраст, двенадцать лет, в течение которого он стал великолепным охотником, можно принять за символический путь человечества за последние двенадцать тысячелетий, в течение которого оно овладело основными силами природы, главными видами энергии, поставило природные ресурсы земли на обслуживание потребностей своего жизнеобеспечения…».

Данный космогонический миф, в основе которого лежит солнечный культ, свидетельствует и о другом немаловажном аспекте в жизни человека первобытного общества – быть нравственно чистым, заботиться о ближних, быть сострадательным, довольствоваться благами небесных сил. При помощи удачливого охотника Машука род Джатажа Кардана богатеет, живет в благополучии. Однако, со временем испытание сытостью, изобилием выдерживают не все, такие пороки как жадность, зависть, лень приводят к дисгармонии между людьми и природой. Не без участия сына Солнца Машука род наказывается – лишается всего, становится бедным, даже покидает свое место жительства. Метафорический подтекст мифа – пороки мешают личности стать гармоничной, поэтому они лишаются возможности пользоваться солнечным теплом и благами на земле. Теперь людям предстоит жить по-другому, переориентировавшись на «преодоление фундаментальных антиномий человеческого существования, на гармонизацию личности, общества и природы».

Есть легенда, подтверждающая появление огня на земле от солнца. Она подверглась некоторой исламизации, и в ней смешались языческие мотивы с мусульманскими. «Впервые на свет появившиеся люди долго мучились, не имея огня, – повествуется в ней. – Они долго искали огонь. Они обратились к сделанному ими богу Солнцу, коленнопреклонно ударяли лицом землю, целовали ее, молили его, чтобы (бог) отсек от себя хотя бы маленький уголек для них. И сам бог Солнца, посочувствовав страдающим людям, много раз заготавливал (для людей) уголек. Но, как и всегда (так бывало), этому делу Иблис (нечистая сила – А. К.) помешал. Это случилось так: как только бог, намереваясь бросить уголь, размахивался, Иблис показывался на безлюдном (овражьем) месте. Бог бросал в него уголь. Божьей силой брошенный уголь (пролетая-проходя) через села, сжигал эти села, как молния. Небом собранные для дождя тучи, воды морские, через которые, как стрела молнии пролетал уголь – вскипали. Вот почему молнию и грозу именуют оружием против Иблиса и от его отпрысков – шайтанов.

Как бы то ни было, но часть адыгов верит, что огонь произошел от божественного огня, и случилось это следующим образом: когда Шибле огнем рассыпается, то самая темная ночь освещается так, что глазам (от света) больно. Вот почему говорят: Шибле выстрелил, огонь, исходящий от него, поджег сено и листья сухие – и огонь этот остался, как огонь Бога-Солнца. Часть адыгов считает огонь порождением дочери Бога-Солнца. И пророк Хызыр, узнав, что люди гибнут от холода, пришел, страдая за людей, и принес им (огонь).

Некоторые адыги полагают, что огонь принесли из ада. И это случилось вот так: Бог-Солнце послал одного малиича (мэлэIич – ангел – А. К.) в ад взять оттуда один уголек и вознести на землю. Этот уголек вознесли на Ошхамахо и малиичи, отправившись к людям, сказали им:

«Мы принесли вам огонь на Ошхамахо, ступайте и используйте его!»

После этого люди с ликованием пустились было, но не нашли ни уголька, ни искринки. Уголек прожег каменные горы и вернулся в ад. С той поры вершина на Ошхамахо сделалась двугорбой. Оставшись без огня, люди стояли, горюя, и один мужчина, потянувшись, взял один кремень, потом от сухого дерева оторвал кусочек для прожигалки, приложил их, потом взял второй кремень – ударил, ударил – и огонь зажегся.

«Для вас достаточно (огня) оставив в скалах, уголек ушел в преисподнюю, а не то он мог опалить весь мир», – сказал так мужчина и отошел в сторону. Потом им (этим мужчиной) оказался сам ангел Джабраил».

Человек, получив священный огонь, возвел его в культ, начал его использовать не только как предмет, излучающий тепло и свет, но и как своеобразный оберег – во время эпидемий раскладывались круговые костры, через которые прогоняли скот. Подобные костры разжигались и в канун новогодних торжеств, молодежь обычно прыгала через них.

Огонь, как порождение солнца амбивалентен, с одной стороны, он выполняет функции целительной и очищающей силы, с другой стороны – это атрибут могущества бога, разрушительная сила, грозное природное явление. Если сын солнца Машук наказывает людей за отход от божественных принципов поведения в обществе, Солнце также наказывает «зазнавшихся» ацанов – низкорослых людей, первонасельников абхазской земли. На сильных и не знавших страха ни перед чем, посыпалась вата с неба, затем она загорелась.

«Сгорели и ацаны,– говорится в абхазском мифе,– они испытали эту ужасную участь из-за зазнайства, и гордыни».

Здесь следует отметить, что создатели мифов о Машуко или ацанах отличались древним мышлением, мудростью. Их мудрость – это «назидание будущим поколениям и предупреждают: нельзя зазнаваться, нельзя, чтобы самодовольство, гордыня и спесь одолели народ, иначе с ним случится то, что случилось с ацанами, тем самым призывая критически относиться к себе».

Мудрая Чыг гуащ упрекнула нартов в их гордыне, и, как нами было выше отмечено, отдала им своего сына, в которого вложила знания мира, но они не уберегли его, и они ушли с нартской земли. «Народ, веками шлифуя свое любимое творение,– отмечал исследователь нартского эпоса В.П. Федунов,– закреплял в своей памяти опасность-предупреждение грядущим поколениям самодовольства, зазнайства в событийных делах своих любимых героев: они могут погубить и губят человеческий род, отравляют его существование».

Солнце играло важную роль в жизни древнего человека и, естественно, его охватывал страх при его затмении. Это явление адыги связывали с тем, что благо схватывает Солнце, чтобы проглотить его. Во время солнечного затмения адыги устраивали коллективные шествия по селу. В стремлении освободить Солнце из плена, жители села шумно били в барабаны, железные предметы, угрожали криками благо, стреляли в небо. Это все сопровождалось мольбами и причитаниями:

«Тимазэу нэф,
Титыгъэу фаб,
Ялахь, къытфэтIупщыжь!»
«… Наша луна – свет,
Наше солнце – тепло,
Яллах (О, Аллах!) отпусти ты их для нас!».

Древние адыги предполагали, что небесные светила освободились их стараниями, что именно их просьбы дошли до Всевышнего. Они приносили в жертву животных с темным цветом, особенно петухов, снова совершали молебен.

Когда в солнечный день облака закрывают солнце, и ныне в адыгских селениях дети поют:

«Тыгъэр псашъо кIуагъэ,
КъэкIожьымэ тыджэгун, тыуджын».
«Солнце ушло на водопой,
Когда вернется, поиграем, покружимся…»

Надо отметить то, что это поется лишь детьми в теплую солнечную погоду. Еще об одном поверье адыгов, связанном с Солнцем и дождем, необходимо сказать. Когда идет дождь и одновременно светит солнце, адыги говорят: «Джынэ ощх къещхы» (идет дождь джынэ). Кроме этого, они говорят: «Бланэр малъфэ» (лань рожает).

С обожествлением Солнца у адыгов были связаны наперстки-обереги. «Наперстки солярны, можно сказать, что это элемент Солнца, Огня – всего того, что должно оберегать женщину. К тому же вершина наперстка состоит из небольших элементов – лунок (ясок), их форма различна. Но они всегда расположены в форме круга или креста. А по низу наперстка, у основания, расположен ободок – своеобразный магический круг, который защитит рукодельницу от сглаза и нечисти. Ну, и, конечно, лунки – элемент украшения».

Различные циклы времени, связанные с солнечными ритмами, сакрализуются. Почитание таких ритмов связано с солярными мифами и почитанием солнечных ритмов. В адыгском нартском эпосе отражается важность попадания в ритмы природы.

Культы Солнца и огня нашли отражение в мифологии многих народов, например, германцев Цезаря, которые знали лишь трех богов: Солнце, Вулкана и Луну. «Ядро солнечного символизма – героическая и отважная сила, творческая и направляющая,– отмечает Е. Андреева.– Солнце поддерживает жизнь в явленном мире… лежит в основе противопоставления света и тьмы – двух борющихся в мире принципов».

Как свидетельствует А.А. Аммаева, лакцы также обращались к Солнцу с определенными просьбами. «Земледельцы делили год на определенные отрезки времени и отмечали переход от одного периода к другому своеобразными обрядовыми действиями. Горцы считали весну началом земледельческого года. Но подготовка к нему начиналась еще зимой. С наступлением зимы природа как бы «засыпала». Только солнце могло «оживить» землю, содействовать расцвету растительности на земле. Лакцы всевозможными средствами, жертвоприношениями, обрядами, мольбами старались умилостивить божество «Солнце», расположить его в свою пользу, помочь солнцу в его борьбе с холодом. С этой целью молодежь ходила по дворам, собирая дрова, кизяк для костра. При этом исполняли песни-благопожелания хозяевам, у которых просили кизяк и дрова. Костры разжигались на годеканах (место сходки мужчин аула, обычно чайная). Мужчины сидели допоздна у костра, и их игры были наполнены практическим содержанием: они своими действиями и словами старались повлиять на силы природы».

В древней мифологии солнце уподоблялось птице, летящей в небе. Так, солнце представляется птицей у славян, древних германцев, индейцев Америки, в Месопотамии орел был символом полуденного солнца. В памятниках Индии свастика символизирует солнце, оно представлялось птицей, в ассирийской клинописи понятие птица передавалось знаком креста. Христианский автор Иероним сравнивал крест Иисуса Христа с летящей птицей. Крест, который стал одним из солярных символов, произошел из схематического изображения птицы.

Куек А.С. «Мир нартов», Майкоп, 2018, глава «Солнце», стр. 82-94.
 (голосов: 0)
Опубликовал administrator, 17-01-2018, 13:19. Просмотров: 2046
Другие новости по теме:
Бог солнца Ра у древних египтян
Сегодня по Черкесскому календарю наступил Новый 6219 год
На Алтае и на Севером Кавказе можно будет увидеть полное солнечное затмение
В Майкопе определены победители конкурса творческой молодежи «Золотая нить ...
А.С. Куек: Олицетворение света и Луны в нартских сказаниях